ГОСУДАРСТВА ЗЕМЛИ · 2090
Объединённые Арабские Султанаты

История и общество
После ТМВ Ближний Восток пережил распад почти всех старых государств. Богатые города Персидского залива сохранили опреснители, солнечные электростанции, склады и подземные убежища, однако лишились прежней мировой экономики. Сирия, Ирак, Афганистан и Пакистан рассыпались на военные администрации, племенные территории и десятки вооружённых движений. Египет потерял дельту Нила и большую часть старого Каира. Среди этого хаоса Эр-Рияд оказался одним из немногих центров, способных одновременно производить электричество, очищать воду, обучать инженеров и посылать вооружённые колонны дальше ближайшего города.
В 2050-х вокруг университетов Эр-Рияда возникло движение техноисламистов, видевших восстановление цивилизации частью религиозного долга. Наибольшего влияния добился Саддам бен Ладен, наследник одной из богатых семей Залива, сумевший объединить остатки старых монархий, военных и духовенства. Первые султанаты присоединялись ради воды, топлива и защиты караванов; следующие пришлось убеждать артиллерией. К концу 2060-х возникли Объединённые Арабские Султанаты — огромная держава от Египта и Аравии до Ирана, Афганистана и западных районов Пакистана. Название сохранилось с раннего периода объединения и давно стало историческим курьёзом: значительная часть населения ОАС арабами себя никогда не считала.
ОАС существуют как империя городов и дорог. Центральное правительство уверенно контролирует крупные порты, железнодорожные узлы, нефтехимические комплексы, святые города и основные караванные маршруты. За несколько десятков километров от трассы власть уже может принадлежать местному султану, племени, религиозному братству или полевому командиру, который официально числится губернатором исключительно потому, что раз в год отправляет налоги в Эр-Рияд. Сирийские и иракские пустоши заполнены старыми укреплениями и вооружёнными группами, в горах Афганистана очередная война способна пережить причины собственного начала, а западные границы Египта растворяются среди берберских караванов и Великой Африканской Пустоши. Государственная пресса называет всё это «местным самоуправлением».
Ислам остаётся общей основой ОАС, при этом власть султанов носит преимущественно светский характер. Богословы определяют допустимые границы закона и сохраняют влияние на образование, семью и общественную мораль, тогда как армией, налогами, промышленностью и дипломатией заведуют чиновники, инженеры и старые коммерческие семьи. Суннитские, шиитские и суфийские регионы пользуются широкой автономией, а христианские и другие религиозные общины содержат собственные школы и кварталы за особый налог. Иногда эта система действительно защищает меньшинства, иногда превращается в официальный рэкет местного губернатора. Самые яростные исламские повстанцы встречаются именно внутри ОАС: для них Эр-Рияд с его банками, небоскрёбами и министерствами представляет такую же испорченную империю, как любой старый Запад.
Богатство распределено с почти оскорбительной неравномерностью. Эр-Рияд, Новый Дубай, Кувейт и отдельные города Персидского залива сохранили охлаждаемые кварталы, частные сады, великолепные больницы и сверкающие башни из довоенного стекла. В 2080 году в Эр-Рияде завершили правительственный комплекс из трёх соединённых небоскрёбов со взлётной полосой на крыше. В нескольких сотнях километров от него существуют селения, куда питьевая вода приходит на армейской цистерне раз в неделю. Бедуинские кланы по-прежнему водят караваны через пустоши, а крупнейшие оружейные рынки региона продают рядом восстановленные автоматы, детали беспилотников, старые советские ракеты и совершенно легальные лицензии на всё перечисленное.
Отдельным миром существует Египет. После Великого Потопа Средиземное море поглотило дельту Нила и вошло глубоко в старую долину; уцелевшие районы Каира и Гизы срослись в гигантский бетонный город вокруг нового берега. Миллионы людей живут среди многоэтажных кварталов, мастерских, рынков, мечетей и мусорных полей, которые поколения коптских семей превратили в огромную отрасль сортировки и переработки. Над городом всё ещё стоят пирамиды. После затопления части комплекса под Гизой обнаружили новые подземные коридоры и помещения, происхождение которых стало государственной тайной. Официально там ведутся археологические работы; неофициально половина Каира уверена, что султанская армия охраняет под пирамидами что-то гораздо старше египтян.
Главным шрамом государства остаётся Левант. В 2061 году началась семилетняя война с Израилем, который обладал технологическим превосходством и несколько лет удерживал фронт. ОАС постепенно научились вести современную войну, восстановили собственную военную промышленность и в итоге захватили Тель-Авив; уцелевшее еврейское население массово покинуло регион, впоследствии став основой Нового Израиля на Мадагаскаре. Бывшие израильские территории в 2090 году представляют смесь халифских… султанских военных поселений, палестинских городов, минных полей, подземных укреплений и довоенных руин. Иерусалим находится под прямым управлением центрального правительства и считается одним из самых охраняемых мест Земли.
Последующие войны с ЕС, ЕНИ и Индией закрепили современные границы государства. ОАС не смогли взять европейский Стамбул, были остановлены евразийцами на Кавказе и после тяжёлой войны с Индией закрепились по линии Инда. Восточная граница превратилась в пояс траншей, крепостей, рынков и лагерей, где контрабанда идёт почти с той же интенсивностью, что артиллерийские перестрелки. Мирные соглашения существуют десятилетиями, пограничные войны иногда возобновляются без официального объявления.
Через весь этот лоскутный мир проходят паломнические и торговые маршруты. Ежегодный Хадж остаётся одним из крупнейших организованных перемещений людей на планете: в Мекку идут караваны из Африки, поезда из Ирана, корабли из Азии и бронированные автобусы через районы, где государственный флаг видят только на блокпостах. Вместе с паломниками путешествуют торговцы, агенты разведок, проповедники, контрабандисты и авантюристы всех возможных сортов. Способность ОАС провести сотни тысяч людей через половину разрушенного Ближнего Востока считается лучшим доказательством того, что эта странная держава всё-таки работает.
